Введение
Актуальность исследования.
Начавшееся с середины 80-х годов реформирование политической социально-экономической жизни страны привело к обострению социальных проблем. За последние годы проблемы отклоняющегося поведения несовершеннолетних приобрели новые качественные и количественные характеристики. Одним из наиболее частых проявлений девиантного поведения у детей и подростков является аддиктивное поведение, и, в частности, злоупотребление психоактивными веществами (ПАВ).
Согласно статистическим данным, за последние десять лет отмечается значительный рост наркологических заболеваний: в начале XXI века число впервые обратившиеся потребителей наркотических средств за наркологической помощью составило 62,5 тысячи человек, тогда как в начале 90-х годов XX века обратились всего 6,4 тысяч потребителей наркотических и токсических веществ (Российский статистический ежегодник, 2001). По данным ряда экспертов, реальная распространенность наркозависимости среди населения России в 5-10 раз превышает цифры официальной статистики (А. Ю. Егоров, 2000; Л. С. Шпиленя, 2003).
Среди основных тенденций, характеризующих наркологическую ситуацию в России, наибольшую тревогу вызывает неуклонное омоложение потребителей психоактивных веществ, отмечены случаи употребления ПАВ детьми 6-7 лет. Установлено, что чем раньше произошло приобщение к ПАВ, тем быстрее формируется наркозависимость, тем тяжелее течение наркомании как болезни, больше негативных личностных, социальных и медицинских последствий ; злоупотребления ПАВ, и тем меньше эффективность реабилитационных программ. Социальные последствия в результате изменений личности, вызванных приемом наркотиков, затрагивают не только самих наркоманов, но и окружающих их людей и общество в целом.
Современный подход к решению проблемы аддикции к ПАВ предполагает приоритет профилактической работы с детьми и подростками, ведение которой
должно начинаться до наступления подросткового возраста, определяемого как «критический» для начала формирования аддиктивного поведения (Концепция злоупотребления ПАВ...,2000).
Несмотря на активную разработку в настоящее время антинаркотических образовательных программ, в том числе нацеленных на работу с младшими школьниками (А.Г.Макеева, 1995; О.Л.Романова, 1998), ни одна из опубликованных программ не предусматривает проведение профилактической работы с учащимися специальных (коррекционных) образовательных учреждений для детей с задержкой психического развития (ЗПР), и не учитывает их клинико-психологические особенности. В то же время, практически все исследователи феномена ЗПР указывают на высокий риск возникновения у данной категории детей различных нарушений поведения, в том числе аддиктивных (Г.Е.Сухарева, 1973; М. С. Певзнер, 1973; К.С.Лебединская, М. М. Райская, 1980, 1984; Г.В.Грибанова, 1988, 1990; Л. М. Шипицына, Е. С. Иванов, 1992; и другие).
Поэтому научное изучение факторов, характеризующих риск формирования у детей с ЗПР аддиктивного поведения, необходимое для разработки адекватных особенностям развития детей технологий ведения профилактической работы в образовательном учреждении, является весьма актуальным.
Цель исследования: изучение индивидуально-психологических факторов риска формирования у младших школьников с ЗПР аддикции к ПАВ, и разработка с их учетом программы профилактики аддиктивного поведения.
Задачи исследования:
• изучить специфику информационного компонента установки младших школьников с ЗПР к употреблению ПАВ;
• изучить специфику оценочного компонента установки младших школьников с ЗПР к употреблению ПАВ;
• изучить специфику поведенческого компонента установки младших школьников с ЗПР к употреблению ПАВ;
• изучить выраженность неспецифических индивидуально-психологических факторов рисков аддиктивного поведения у младших школьников при ЗПР;
• исследовать структуру риска аддиктивного поведения младших школьников с задержкой психического развития;
• разработать и апробировать программу профилактики аддиктивного поведения для младших школьников с задержкой психического развития, построенную с учетом наиболее значимых для данной категории детей факторов риска аддикции;
• исследовать динамику информационного, оценочного и поведенческого компонентов установки детей с задержкой психического развития к употреблению ПАВ в связи с проведением профилактической работы;
• исследовать динамику показателей неспецифических факторов риска аддиктивного поведения у младших школьников с ЗПР в связи с проведением профилактической работы, и определить эффективность разработанной профилактической программы.
Объект исследования: учащиеся начальных классов специальных (коррекционных) школ для детей с ЗПР и общеобразовательных школ г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Общая выборка— 100 человек.
Предмет исследования: индивидуально-психологические факторы риска аддиктивного поведения: установка к употреблению ПАВ, личностные особенности и дезадаптация.
Гипотеза исследования
Младшие школьники с задержкой психического развития являются группой повышенного риска формирования аддикции к ПАВ. Риск аддиктивного поведения у детей с задержкой психического развития преимущественно связан с эмоционально-личностными характеристиками детей, обусловленными клиническими проявлениями дизонтогенеза, а также недостатком способности прогнозирования последствия своего поведения и его
регуляции. Проведение работы по профилактике аддиктивного поведения с учетом клинико-психологических особенностей детей, начиная с младшего школьного возраста, способствует снижению риска формирования аддикции.
Методы исследования наблюдение, экспертная оценка, проективный метод, метод анализа документов, методы математической статистики. Разработан и применен комплекс психодиагностических методик, позволяющий изучить признаки риска аддиктивного поведения.
Положения, выносимые на защиту:
1. Младшие школьники с задержкой психического развития относятся к группе повышенного риска формирования аддикции в связи с неумением прогнозировать последствия своего поведения, и осуществлять его регуляцию;
2. Риск аддиктивного поведения детей с задержкой психического развития связан с эмоционально-личностными характеристиками детей, обусловленными дизонтогенезом, и в неблагоприятных микросоциальных условиях трансформирующимися в атарактическую, конформную и компенсаторную модель аддикции;
3. Профилактика аддиктивного поведения, направленная на уменьшение наиболее значимых для младших школьников с задержкой психического развития факторов риска аддиктивного поведения с учетом клинико-психологических особенностей детей данной категории, способствует снижению формирования аддикции.
Научная новизна и теоретическая значимость исследования состоит в том, что впервые предпринята попытка изучения риска аддиктивного поведения у младших школьников с задержкой психического развития. Полученные данные о специфике риска аддиктивного поведения при задержке психического развития вносят важный вклад в изучение соотношения клинико-психологических и микросоциальных факторов в структуре риска аддикции.
Практическая значимость исследования. Разработанный комплекс психодиагностических методик исследования установки к употреблению ПАВ,
а также методические подходы к оценке выраженности эмоционально-личностных проблем и характера личностной дезадаптации, могут быть использованы для выявления среди учащихся начальных классов группы повышенного риска формирования аддикции к ПАВ в общеобразовательных и в специальных (коррекционных) школах для детей с ЗПР. Программа профилактики аддиктивного поведения, разработанная и апробированная нами в рамках исследования, может быть использована для проведения практической работы с младшими школьниками. Материалы диссертации могут быть использованы в лекционных и практических курсах профессиональной подготовки специальных психологов и коррекционных педагогов.
Апробация результатов исследования. Результаты исследования были представлены на заседаниях кафедры специальной психологии Санкт-Петербургского государственного университета, в докладах на международной межвузовской научно-практической конференции студентов и аспирантов в Санкт-Петербурге 12-14 апреля 2001 года «Психология XIX век», на международной конференции в Москве 29-30 октября 2001 года «Подростки и молодежь в меняющемся обществе (проблемы девиантного поведения)», а также в рамках курсов повышения квалификации работников образовательных учреждений гг. Санкт-Петербурга (2002, 2003), Сургута (2001), Надыма (2002). По материалам диссертации подготовлено 3 учебно-методические пособия для специалистов образовательных учреждений и программа тренинга предупреждения употребления ПАВ у детей. Основные результаты исследования отражены в 7 публикациях автора.
Структура и объем работы
Диссертация состоит из введения, четырех глав, обсуждения результатов, выводов и приложений. Работа изложена на 270 страницах, содержит 64 рисунка, 2 таблицы, 3 приложения. Библиография насчитывает 232 наименований, из них — 38 на иностранном языке.
8
1. Теоретические и методологические основы
профилактики аддиктивного поведения младших школьников
с задержкой психического развития
1.1. Современные представления о психологических факторах риска аддиктивного поведения
1.1.1. Понятие аддиктивного поведения.
Научное осмысление феномена аддиктивного поведения в настоящее время находится в стадии интенсивного формирования, определения понятийно-категориального аппарата и разработки методологических подходов. Отсутствие единой терминологии существенно затрудняет систематизацию существующих теоретических и методических разработок в этой области.
Поэтому необходимо прояснить некоторые основные понятия. Следует подчеркнуть, что целью приводимого ниже анализа основных понятий, которыми оперирует современная теория профилактики аддиктивного поведения, является исключительно уточнение закрепленного за ними значения, а не выработка новых дефиниций.
Центральным понятием в настоящей работе является понятие «аддиктивного поведения» (от англ. «addiction» - склонность к чему-либо (обычно дурному), пагубная привычка). В настоящее время в литературе представлены несколько точек зрения на значение этого термина, что вызывает необходимость более четкого определения семантических границ его употребления.
Впервые термин «аддттивное поведение» в отечественную научную литературу введен Ц.П. Короленко (1990, 1991, 1993). В своих ранних работах ф (1990) вслед за зарубежными авторами (W. Miller, 1984), Короленко
рассматривает аддиктивное поведение как случаи злоупотребления одним или несколькими веществами, изменяющими психическое состояние (психоактивными веществами), без признаков физической зависимости. Под
психоактивными веществами (ПАВ) понимаются химические и фармакологические средства, которые «при потреблении воздействуют на психические процессы, например, когнитивную или аффективную сферы» (Словарь терминов, относящихся к алкоголю, наркотикам и другим психоактивным веществам, 1996. — с. 57).
В более поздних работах Ц.П. Короленко (1991, 1993) расширяет список аддиктивных агентов за счет включения нефармакологических средств. Он трактует аддиктивное поведение как одну из форм деструктивного поведения, которая выражается в стремлении к уходу от реальности посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксации внимания на определенных предметах или активностях (видах деятельности), что сопровождается развитием интенсивных эмоций.
В настоящее время в специальной литературе (Ц.П.Короленко, 1993; Л.Г.Леонова, Н.Л. Бочкарева, 1998; А.В.Худяков, И.В.Ульянова, 1999, и другие) выделено несколько основных видов аддиктивной реализации. Аддиктивным поведением считаются: прием психоактивных веществ, нарушения пищевого поведения, гэмблинг (поведение, связанное с азартными играми, включая компьтерные), интернет-зависимость, зависимость от телесериалов, сексуальные аддикции (гиперсексуальность, промискуетет, фетишизм, пигмалионизм, трансвестизм, эксгибиционизм, вуаеризм), религиозное деструктивное поведение, работоголизм и так далее. Исследователи отмечают, что список аддиктивных агентов может быть увеличен, «теоретически, при определенных условиях, это могут быть любые объекты и формы активности: деньги, работа, физические упражнения» (Девиантное поведение..., 1999, - с. 114). Однако, ряд исследователей (Д.В.Семенов, 2001; О.Ю.Кондратьева, 1999) высказывают опасения относительно тенденции к увеличению аддиктивных агентов и универсализации применения «теории аддикции» к различным проявлениям человеческой деятельности. При этом, как справедливо отмечают авторы, нечетко прослеживаются критерии дифференциальной диагностики
10
патологических и непатологических форм аддиктивного поведения, а также остается неясным механизм формирования аддикции, который «... зарождается в глубине психики и характеризуется установлением эмоциональных отношений, эмоциональных связей не с другими людьми, а с неодушевленными предметами или активностью» (Ц.П. Короленко, 1991, - с.9).
Следующим спорным моментом в понимании термина «аддиктивное поведение» является вопрос о соотношении аддиктивного и зависимого поведения. Ряд исследователей (Ц.П.Короленко, 1993; Л.Г.Леонова, Н.Л. Бочкарева, 1998; Девиантное поведение..., 1999) считают эти два понятия синонимичными. Другие (B.C. Битенский с соавт., 1989; А.Е. Личко, B.C. Битенский, 1991) рассматривают аддиктивное поведение как переходную стадию к наркомании как болезни, сближая термин аддикции с клиническим термином «первичный поисковый полинаркотизм» (А.Е. Личко, B.C. Битенский, 1991). Наиболее распространенной является точка зрения на
4
аддиктивное поведение как злоупотребление... без признаков психической
и/или физической зависимости от объекта аддикции (W, Miller, 1984; Substance Abuse, 1992; С.А.Кулаков, 1989, 1998, 2001; О.Ю.Кондратьева, 1999; Д.В.Семенов, 2001)
Однако при всем разнообразии подходов, всеми авторами отмечаются как характерные признаки аддиктивного поведения его деструктивный характер и стремление уйти от реальности посредством стимуляции интенсивных эмоциональных переживаний.
В настоящей работе мы будем опираться на определение аддиктивного поведения, предложенное С.А. Кулаковым (1989). С тех же позиций рассматривают феномен аддикции О.Ю. Кондратьева (1999) и Д.В Семенов (2001). Аддиктивное поведение понимается как злоупотребление одним или несколькими психоактивными веществами без признаков индивидуальной психической и физической зависимости, сопровождающееся ухудшением в социальном функционировании, как правило, сочетающееся с другими нарушениями поведения. Такой подход к аддиктивному поведению позволяет
11
рассматривать данный феномен в рамках девиантного поведения как одно из частных проявлений саморазрушающего поведения. Это дает возможность распространить некоторые общие механизмы формирования девиантного поведения на случаи аддикции от ПАВ и при этом выделить ряд специфических характеристик аддиктивного поведения.
Понятие «злоупотребление психоактивными веществами» в трактовке, принятой в настоящей работе, является более широким по отношению к понятию «аддиктивное поведение», поскольку может включать кроме аддиктивного также и зависимое поведение, связанное с употреблением ПАВ -«злоупотребление ПАВ, сопровождающееся зависимостью» (Словарь терминов, относящихся к алкоголю, наркотикам и другим психоактивным веществам, 1996-с.49).
Понятие злоупотребление психоактивными веществами, получившее широкое распространение в отечественной специальной литературе, посвященной профилактической работе с детьми и подростками, тесно связано с пониманием норм употребления, поскольку сам термин «злоупотребление» введен специалистами ВОЗ для обозначения «употребления ПАВ..., отклоняющегося от норм» (Словарь терминов, относящихся к алкоголю, наркотикам и другим ПАВ, 1996. - с.47)
Вопрос о нормах употребления психоактивных веществ (имеются в виду в первую очередь легальные ПАВ: алкоголь, никотин) является одним из наиболее сложных, в то же время от его решения зависит определение целей и критериев эффективности профилактической работы, поскольку уже исходя из семантики слова, профилактика тесно связана с понятиями нормы и нормальности: «профилактика» (от греч. «prophylaktikos» предохранительный) означает «совокупность предупредительных мероприятий, направленных на сохранение и укрепление нормального состояния» (Большой толковый словарь русского языка/ под. ред. С.А. Кузнецова, 2000. - с. 1035)
12
Для определения границы между нормальным и отклоняющимся от норм употреблением ПАВ могут быть использованы социальные, функциональные и субъективные нормы.
Социальные нормы - ожидания группы по отношению к поведению индивида в определенных социальных ситуациях и позициях, в частности в ситуациях, связанных с употреблением ПАВ (Н.С. Курек, 2001).
В разных социокультурных условиях нормы в отношении употребления психоактивных веществ — различны. Согласно общепринятой классификации культур в зависимости от отношения к употреблению алкоголя, Россия может считаться «пермиссивной» культурой (цит. по Руководству по наркологии..., 2002), допускающей не только «нормальное» потребление спиртного «в умеренной степени во избежание интоксикации и опасного употребления» (Словарь терминов..., 1996. - с.75), но и «алкогольные эксцессы». Именно в этом типе культуры наиболее распространен алкоголизм. Кроме России в эту группу входят некоторые скандинавские и восточно-европейские страны.
Важно отметить, что социальные ожидания и требования к поведению индивида со стороны общества в контексте употребления ПАВ зависят от возраста и пола потенциального потребителя ПАВ. Для употребления психоактивных веществ женщинами выдвигаются более жесткие ограничения. Употребление алкоголя, табака, и других психоактивных веществ детьми и подростками рассматривается как отклоняющееся от норм поведение. Современные тенденции развития наркологической ситуации в России, а именно феминизация и омоложение потребителей психоактивных веществ, свидетельствует о недостаточной регулирующей функции социальных норм в нашем обществе. Явление общественной аномии (Э. Дюркгейм), частным проявлением которой является массовое нарушение социальных норм в отношении употребления ПАВ, отмечается как характерная черта современного общества (Б.М.Левин, 1998; В.Д.Лисовский, Э.А. Колесникова, 2000). Современные социальные нормы отличаются достаточно большой подвижностью и изменчивостью.
13
Определение границ «нормального» употребления психоактивных веществ с опорой на функциональные нормы, позволяет решать вопрос о том, является ли употребление отклоняющимся от норм, в зависимости от его места в структуре функционирования индивида. Иными словами, отклоняющимся от функциональных норм употребление ПАВ считается поведение, при котором снижается способность человека выполнять свои функции и достигать общечеловеческие цели: самосохранения, саморазвития, социальной организации (Н.С. Курек, 2001).
С точки зрения субъективных норм, отклоняющимся будет считаться употребление ПАВ, сопровождающееся плохим самочувствием. Плохое самочувствие является интегральным показателем отрицательных эмоций, снижения познавательных способностей (памяти, внимания, мышления), отношения с другими людьми, физического состояния.
Отклоняющееся от социальных, функциональных и субъективных норм употребление психоактивных веществ, «наносящее ущерб физическому и психическому состоянию, «правоспособности» и социальному положению» потребителя ПАВ и людей, «испытывающих воздействие данного человека» специалисты ВОЗ (Словарь терминов..., 1996) называют злоупотреблением психоактивными веществами. Аддиктивное поведение, понимаемое как злоупотребление ПАВ без признаков индивидуальной психической и физической зависимости, соответственно также может считаться отклоняющимся от норм саморазрушающим поведением.
1.1.2. Научные концепции аддиктивного поведения
Представление о природе употребления ПАВ развивались параллельно с развитием культуры и до сих пор не могут считаться исчерпывающими. Исторически первым, вероятно, появился моралистический подход. Другие названия данного подхода - «модель моральных принципов» (М. Gossop & М. Grant, 1990,), «модель аморального поведения» (В.Ю.Завьялов, 1988, 1993). Потребление ПАВ, согласно данной концепции, является аморальным
14
поведением, мотивированным гедонистическими стремлениями личности, следствием бездуховности и морального несовершенства.
Ряд авторов обзоров концептуальных моделей профилактики (M.Gossop & M.Grant, 1990; Девиантное поведение..., 1999) отмечают, что в современной системе профилактики данная концептуальная модель практически не представлена, однако исследователями, на наш взгляд, игнорируется целый пласт религиозно-ориентированных и «духовно-ориентированных» исследований, широко представленных в научно-популярной литературе по проблеме злоупотребления психоактивными веществами (Р. Медведев, 1997, 1999; и другие).
Моралистическая концепция злоупотребления ПАВ не может считаться в полном смысле слова научной. Первые попытки объяснить феномен аддикции с позиций научных знаний начали предприниматься в XIX веке. Здесь можно выделить несколько направлений: биологическое (медицинское), социологическое и психологическое, с позиций которых рассматривался феномен аддикции.
В рамках биологического направления сформировались такие теоретические парадигмы злоупотребления ПАВ как «сомато-медицинская» (модель болезни), «психиатрическая».
Сомато-медицинская (Ван Инен, 1978) или модель болезни (В.Ю. Завьялов, 1988; Р. Мейер, 1997) строится на понимании феномена злоупотребления ПАВ как болезни, в формировании которой приоритетное значение имеют биологические факторы риска. Злоупотребляющие ПАВ рассматриваются как люди с имманентной предрасположенностью к зависимости от экзогенных веществ. Клинически выраженные формы зависимости от ПАВ рассматриваются в рамках данной модели во внеличностном, нозологическом контексте как патогенетически самостоятельное заболевание. Поэтому аддикты освобождаются от ответственности за происхождение свое болезни. В настоящее время исследователями признается ограниченность сомато-медицинского подхода к
15
злоупотреблению ПАВ. Однако, исследования биофизиологической основы формирования аддикции, продолжаются. Исследования преморбида девиантных и делинквентных, а также наркозависимых подростков показывают провоцирующей влияние облигатной органической патологии головного мозга. Так, по данным Н.И. Фелинской (1989), у 44,1% несовершеннолетних правонарушителей наблюдали признаки органического поражения головного мозга (цит. по А.С. Беличевой, 1994). Е.Ю. Тетенова (2002), рассматривая преморбидные особенности разных опийных наркоманов возрастных групп, пришла к выводу, что чем меньше возраст начала потребления, тем в большей степени преобладают биологические факторы, на фоне которых отмечается реализация неблагоприятных социально-психологические влияний. Так, ранние резидуально-органические поражения головного мозга отмечается у 21,2% подростков, начавших употреблять до 18 лет, в то время как среди взрослых наркоманов, начавших употребление после 18 лет, - только у 8,1%. Подтвержденной считается связь между риском аддиктивного поведения с минимальной мозговой дисфункцией (Руководство по наркологии..., 2002).
Изменение межполушарных отношений за счет выраженного ухудшения работы правого полушария как признак риска злоупотребления ПАВ, определено в результате электрофизиологического обследования особенностей межполушарной ассиметрии головного мозга у лиц с зависимостью от ПАВ, и подростков, с наследственной отягощенностью алкоголизмом (Ю.Л. Арзуманов с соавт., 1998).
Исследования маркеров риска химической зависимости, позволяют утверждать, что определенная предрасположенность к употреблению психоактивных веществ обусловлена генетически. Например, можно утверждать, что «физиологический аппетит» к алкоголю связан со строением Х-хромосомы (А.Ю Егоров, 1999). В ходе опытов на животных, а также сравнительных исследований больных алкоголизмом с наследственной предрасположенностью к этому заболеванию и больных с «социальными» формами алкоголизма (З.А. Зорина с соавт., 2002; Руководство по
16
наркологии..., 2002) удалось выделить следующие маркеры для диагностики предрасположенности к злоупотреблению ПАВ: низкая активность дофиминбетагидроксилазы, повышенная частота встречаемости аллеля А1 гена ДРД2 (А1/А2>1) и гетерозиготного генотипа 9/10 ДАТ (>35%), выявление участка семи тандемных повторов в гене ДРД4 (Руководство по наркологии..., 2002). Косвенным признаком генетической предрасположенности может считаться наследственная отягощенность наркологическими и психическими заболеваниями. Наличие 2-х или более кровных родственников, страдающих алкоголизмом и наркоманиями некоторые авторы считают значимым маркером предрасположенности к аддиктивному поведению (В.И Полтавец, 1987; В.Д. Москаленко, М.М. Ванюков, 1988). Это обстоятельство подтверждается многочисленными данными клинико-генеалогических исследований наркозависимых (Руководство по наркологии..., 2002.)
Таким образом, риск формирования поведенческих девиаций у младших школьников, в том числе, аддиктивного поведения может быть обусловлен генетически, органическими поражениями головного мозга, патологией биологических потребностей.
Если понимание аддиктивных расстройств как болезни связывает формирование аддиктивного поведения с предрасположенностью биофизиологического уровня, с особой «чувствительностью» к некоторым веществам то другая биологическая модель придает приоритетное значение психиатрическому статусу потребителя ПАВ. Эта модель получила название «психиатрической» (Ван Инен, 1970, 1978) или «модели самолечения» (В.Ю. Завьялов, 1993).
Наркозависимость в данной модели рассматривается как симптом «скрытого» психиатрического нарушения, а употребление психоактивных веществ как средство самолечения этого нарушения. Идея личностной патологии, лежащей в основе злоупотребления психоактивными веществами, послужила отправной точкой поиска донаркотической личности, а
17 |
