Введение
Лингвистические исследования на современном этапе характеризуются включением в рассмотрение различных аспектов поведения в процессе общения. Как результат, все языковые структуры изучаются в широком контексте человеческой коммуникации как одного из важнейших видов жизнедеятельности человека в целом.
Диалогическая речь продолжает оставаться предметом пристального внимания лингвистов. Особенно актуальным для изучения и описания особенностей диалогической речи на современном этапе развития лингвистической науки является учёт интегративных процессов, происходящих в области науки, т.е. обращение к данным смежных с лингвистикой наук таких, как: психология и психолингвистика, социология и социолингвистика, логика и философия, прагматика и прагмалингвистика, когнитивная психология и когнитивная психолингвистика.
Диалогическая речь немыслима без восклицательных предложений, представляющих яркую иллюстрацию реализации в этой форме речи эмотивной функции языка.
Диалог как универсальная естественная форма человеческого общения, представляет собой совокупность дополняющих друг друга реплик, коррелирующих между собой в структурном, семантическом и функциональном планах. Такое речевое произведение рассматривается в настоящее время как явление дискурса, под которым лингвисты понимают язык в том виде, в котором он используется в социальном контексте и включается в сеть личностных и социальных отношений /обычаи, обязательные правила, способы мышления, предпочитаемая норма поведения человека/ (Н.Д. Арутюнова, Э. Бенвенист, И.Р. Гальперин, А.Ж. Греймас, Ж. Курте, М. Мамудян, А.И. Новиков, Р. Якобсон и др.).
При этом, если традиционная нормативная грамматика описывала определённые каноны «нормированной» речи, ориентируясь в основном на восприятие и понимание её читателем/слушателем без учёта их возможных
ответных реплик-реакций, то грамматика диалогической речи, опирающаяся на функционально-коммуникативный подход, представляет язык в его подлинной, естественной функции, в его «действии» как средство общения людей.
В связи с антропоцентрическим поворотом в лингвистике формальный взгляд на язык уступил место функциональному, содержательному. В центр внимания был перемещён субъективный, человеческий фактор, а именно его психологический, эмоциональный аспект. Поскольку эмоции являются одной из форм отражения мира, составляют мотивационную основу деятельности человека и играют важную роль в его жизни, они неизбежно должны находить своё выражение и в его языке.
Категория языковой личности представляет для исследователей огромный интерес, а категория эмоциональной языковой личности (ЭЯЛ -по В.И. Шаховскому), которая пронизывает восклицательные предложения, находится в центре внимания нашего диссертационного исследования.
Объектом исследования выступают различные типы
диалогических единств (ДЕ), в рамках которых одна из составляющих реплик ДЕ представлена восклицательным предложением.
Предмет диссертации составляют структурно-семантические и прагматические характеристики восклицательных предложений в английской диалогической речи.
Материалом исследования служит выборка из произведений современных английских и американских писателей, состоящая из 5000 диалогических единств различной протяжённости и композиционно-структурного оформления. Кроме того, в эту выборку вошли примеры, взятые нами из магнитофонных записей повседневной разговорной речи, сделанные Ч. Фризом, записей передач Би-Би-Си из рубрики «Разговорный английский» (Conversational English), нескольких видеофильмов.
Актуальность исследования определяется тем, что несмотря на немалое число работ в этой области, категория восклицательности не была в
достаточной мере обобщена, чтобы рассматриваться как особая категория и как важный элемент диалогического общения. Научная новизна работы заключается:
- в рассмотрении восклицательных предложений не изолированно, как это делалось в традиционных грамматиках, без учета перлокутивного эффекта, а в составе диалогических единств с учетом направленности на человеческий фактор, т.е. на антропоцентрический подход;
- в комплексном подходе к одному из наиболее спорных коммуникативных типов предложения — восклицательных, который позволил уточнить их статус и место в корпусе коммуникативных типов предложений;
в выделении особой коммуникативной категории — восклицательное™, связанной с реализацией коммуникативной интенции говорящего и имеющей непосредственный выход на уровень вербализации и, как следствие, её" влияния на коммуникантов.
Целью настоящего исследования является определение лингвистического статуса и места восклицательных предложений в системе коммуникативных типов английского предложения, выявление их структурно-семантических и прагматических характеристик. В соответствии с поставленной целью в работе решаются следующие конкретные задачи:
- дать характеристику коммуникативных типов предложения;
- обосновать тот факт, что диалогическая речь является основной сферой реализации восклицательных предложений;
- выявить инвентарь всех возможных структурно-семантических типов собственно восклицательных предложений;
- определить прагматическую сущность восклицательных предложений, их иллокутивную силу и перлокутивный эффект;
- представить восклицательные предложения как синтаксические эмотивы, отграничив их от лексических эмотивов;
- определить стилистический потенциал восклицательных предложений, в
том числе с точки зрения тендерного аспекта.
Методологическую основу исследования составили труды В.Г. Адмони, С.С. Беркнера, А.В. Бондарко, В.В. Бузарова, Г.А. Золотовой, Г.В. Колшанского, Н.А. Слюсаревой в области коммуникативного синтаксиса, Н.Д. Арутюновой, Е.С. Кубряковой, О.И. Москальской, В.И. Шаховского в аспекте прагматической ориентации языковой системы, В.А. Артёмова, И.А. Зимней, А.А. Леонтьева по психолингвистике, Л.С. Выготского, Н.В. Витт, С.Л. Рубинштейна по психологии эмоций.
В работе используются следующие общенаучные и лингвистические методы исследования:
1) индукции и дедукции; 2) описательно-аналитический (включающий непосредственно наблюдение и интуицию); 3) контекстуальный; 4) дистрибутивный; 5) трансформационный; 6) метод дискурсивного анализа диалогической речи; 7) элементы метода компонентного анализа.
На защиту выносятся следующие положения:
- восклицательные предложения в современном английском языке представляют особый коммуникативный тип предложений, критерием выделения которых является эмоциональный аспект языка;
- принцип взаимодействия категорий эмотивности и экспрессивности, доминантой которых является категория эмотивности;
- категория восклицательное™ актуализируется в результате одновременной реализации на коммуникативном уровне трёх категорий: эмоциональности, экспрессивности и оценочности;
- прагматическая сущность восклицательных предложений обусловлена характером перлокутивного эффекта, выражаемой им эмоции и степенью её интенсивности, взаимодействием и взаимоотношением содержания иллокуции и перлокутивного эффекта, эмоциональным состоянием коммуникантов, коммуникативной ситуацией и рядом других прагматических факторов.
Теоретическая значимость данной работы определяется уточнением статуса восклицательных предложений среди других коммуникативных типов, в освещении прагматического аспекта восклицательных предложений и в выявлении типов ролевых отношений между коммуникантами диалогической речи, что находится в русле исследований в сфере коммуникативных типов предложения.
Практическая ценность работы заключается в возможности использования её теоретических положений при разработке курсов лекций по теоретической и практической грамматике английского языка, применения результатов и материалов исследования в спецкурсах по коммуникативному синтаксису, а также при составлении учебных пособий по развитию навыков диалогической речи и написании курсовых и дипломных работ.
Апробация работы. Материалы исследования были представлены на обсуждение в докладах на 44-й, 45-й, 46-й, 47-й, 48-й научно-методических конференциях «Университетская наука - региону» в Ставропольском государственном университете (1999, 2000, 2001, 2002, 2003г.), на научно-методическом семинаре и заседаниях кафедры английской филологии Пятигорского государственного лингвистического университета. Основные результаты работы отражены в пяти публикациях.
Цель и задачи исследования определили структуру и объём работы, которая состоит из введения, трёх глав, заключения, библиографии, списка художественных произведений, списка условных сокращений, приложения.
Во введении представлена общая проблематика диссертации и её актуальность, отмечены новизна, теоретическая и практическая значимость, определены цели и задачи, объект и предмет исследования, указаны методологическая база, материал и методы, используемые в работе, а также основные положения, выносимые на защиту.
В первой главе ставится задача максимально возможного охвата и интерпретации наиболее распространённых точек зрения по данной проблематике, осуществляется критический обзор отечественных и
зарубежных исследований. Подробно рассматриваются также вопросы, связанные с определением и разграничением таких понятий, как экспрессивность, эмоциональность, оценочность, производится описание диалогической речи как основной сферы реализации восклицательных предложений.
Во второй главе рассматриваются собственно восклицательные предложения с точки зрения структурно-семантических особенностей, выявляются их основные модели, лежащие в основе построения восклицательных предложений как особого коммуникативного типа.
В третьей главе описываются прагматические характеристики восклицательных предложений в границах антропоцентрической парадигмы с учётом параметров языковой личности как базового понятия антропоцентрической лингвистики.
В заключении подводятся итоги проведённого исследования.
В приложении представлены выявленные модели восклицательных предложений.
Глава первая
Восклицательные предложения в свете классического наследия и современной антропоцентрической парадигмы
1.1 Критический обзор исторического развития проблемы
Несмотря на длительную историю изучения предложения в зарубежной и отечественной лингвистике, остается дискуссионным вопрос о статусе восклицательных предложений в синтаксической системе языка.
Изучению восклицательных предложений посвящено большое количество работ, в которых рассматривается функционирование восклицательных предложений в современном английском (Т.Е. Ратова, Г.Г. Егоров, Л.Д. Кашурникова, A.M. Антипова, М.В. Рыбакова, Н.А. Беседина), немецком (Л.А. Лавенкова, Ю.М. Малинович), французском (Г.С. Послушаева), русском (И.П. Распопов, Т.А. Кильдибекова) языках.
Среди зарубежных работ особого внимания заслуживают монографии Г. Кирхнера, Б. Чарльстон и других лингвистов.
В зарубежной синтаксической школе восклицательные предложения первоначально рассматривались как самостоятельный коммуникатиный тип наряду с повествовательными, вопросительными и повелительными предложениями (Дж.О. Керм, А.Х. Гардинер, Е. Крейзинга, Дж. Несфильд, Дж. Фернальд, Л. Хенкин, Ч. Карпентер).
В отечественной синтаксической школе данная точка зрения нашла отражение в трудах Д.Н. Овсянико-Куликовского, A.M. Пешковского, В.А. Богородицкого, Л.А. Булаховского, В.В. Виноградова. Б.А. Ильиш, например, выделяет «чисто восклицательные» предложения, включая в них такие предложения, как Oh, for God's sake и др. Этой точки зрения придерживаются Т.А. Кильдибекова, Г.Г. Егоров, И.И. Намталишвили, Ю.М. Малинович, выделяя собственно восклицательные предложения в русском, английском и немецком языках.
10
В дальнейшем в связи с усилившимся вниманием к логическому аспекту языка, к проблеме связи суждения с предложением, «от других типов было отделено восклицательное предложение как связанное с эмоциональной окраской речи и не соответствующее особой форме мысли» (Валимова, 1967:48). Утверждалось мнение о том, что в языке доминирует мыслительная основа, а выражение эмоций выступает как второстепенный фактор. В частности, А.И. Смирницкий указывает, что «восклицательные предложения не стоят в одном ряду с предложениями повествовательными, вопросительными и повелительными, так как любое из вышеперечисленных предложений может быть восклицательным, если оно оформлено интонацией, присущей восклицательным предложениям. Выражение эмоций — это как бы вторая линия всякой речи» (Смирницкий, 1957:258).
Эта точка зрения получила развитие в трудах Е.М. Галкиной-Федорук, А.С. Богуславского, М.Я. Блоха, Г.Г. Почепцова, считающих, что восклицательные предложения только специфичны в связи с наличием эмоциональной окрашенности, а поскольку языковое общение сопровождается различными эмоциями, то любое предложение может получить эмоциональную окраску. Восклицательные предложения исключались из системы коммуникативных типов предложения. Отводилась решающая роль интонации восклицательного характера, которую можно придать любому типу предложений. Говоря о так называемых «чисто восклицательных» предложениях, М.Я. Блох показывает, что лингвисты выдают за такие предложения «восклицания междометной природы», представленные в системе языка в виде ограниченного набора готовых выражений типа Great Heavens! Good Lord! For God's sake! Fiddle-dee-dee! Oh, I say! и др. (Блох, 1976:19). Далее М.Я. Блох отмечает также, что «предложение, как известно, - коммуникативно-предикативная единица языка, в силу чего оно должно отвечать требованиям номинативного («грамматического») и актуального членения» (Блох, 1983:243). Подобные восклицания такого членения не имеют.
11
Восклицательность, по мнению Г.Г. Почепцова, стали рассматривать как сопутствующую черту «не структурной природы» (Почепцов, 1981:176), реализующуюся внутри системы трёх коммуникативных типов предложения (Блох, 1976:15). Как результат, восклицательным предложениям было отказано в собственном коммуникативном статусе. Как отмечает Е.М. Галкина-Федорук, «восклицательные предложения не ставят цели восклицать» (Галкина-Федорук, 1964:305).
Восклицательные предложения, согласно этой точке зрения, «не обладают собственной совокупностью свойств, которая смогла бы поставить их в один и тот же ряд с тремя вышеназванными, кардинальными коммуникативными типами предложения» (Блох, 1976:14). Л.Д. Кашурникова (1980), М.В. Рыбакова (1985) в своих диссертационных исследованиях придерживаются такой же позиции.
Восклицательные предложения не выделяются в самостоятельный коммуникативный тип предложений в трудах таких зарубежных лингвистов, как Г. Поутсма, Л. Блумфильд, Р. Зандворт и др.
Хотя предлагаемые авторами классификации предложений по типам различаются по некоторым параметрам, все эти лингвисты придерживаются одного взгляда, выделяя как особые типы повествовательные, вопросительные и повелительные, и рассматривают восклицательные предложения как подтип каждого из трёх коммуникативных типов предложения.
По мнению Г. Поутсма, восклицательные предложения существуют как разновидность повествовательных предложений, выражающие какие-либо чувства (Поутсма, 1928:379). Г. Поутсма отмечает также, что восклицательные предложения часто имеют такой же порядок слов, как и вопросительные предложения, и в таких случаях могут называться риторическими вопросами (там же).
Интересна клссификация предложений, выдвинутая М. Лейпером, который, не выделяя восклицательные предложения как самостоятельный
12
тип, указывает на существование восклицательных предложений в сочетании с каждым из структурных типов его классификации. Его утверждение не является новым, так как и другие лингвисты говорили о том, что в определённых условиях предложение из повествовательного может стать повествовательно-восклицательным, из побудительного — побудительно-восклицательным и из вопросительного — вопросительно-восклицательным.
Таким образом, в лингвистике сформировалось две точки зрения на коммуникативный статус восклицательных предложений: они рассматриваются либо как самостоятельный коммуникативный тип, либо как характеристика, реализующаяся в системе трёх основных коммуникативных типов. Последняя точка зрения приводит в конечном итоге к неопределимости этого типа предложений и потому — исключению его из ряда коммуникативных типов.
Отсутствие однозначного решения вопроса о месте восклицательных предложений в системе коммуникативных типов, несмотря на то, что они не раз являлись прямо или косвенно объектом лингвистического описания, связано как со сложностью природы самого явления, так и с тем, что выводы авторов определяются задачами того или иного направления в лингвистике и отражают различный подход к предмету исследования. В результате этого, выводы во многом противоречивы, а описательная сторона страдает неполнотой вследствие изучения лишь отдельных аспектов восклицательных предложений.
Отсутствие однозначной трактовки в определении статуса восклицательных предложений может быть объяснено сложностью самого феномена эмоций и их проявлений, что напрямую связано с многообразием их вербального выражения, о чём свидетельствует языковой материал.
13
1.2 Разграничение логического и эмоционального в языке
Познание человеком объективного мира имеет двусторонний характер: с одной стороны, в ощущениях, восприятиях и представлениях отражаются многообразные предметы и явления реальной действительности, их различные качества, связи и зависимости; с другой стороны, с познанием тесно связаны эмоции, которые пронизывают жизнь человека, сопутствуют любой его деятельности, являясь важнейшей стороной существования. В эмоциях и чувствах проявляется отношение к содержанию познаваемого, его оценка. Как отмечал вождь мирового пролетариата, «без человеческих эмоций никогда не бывало, нет и быть не может человечского искания истины» (Ленин, ПСС, т.25, с.112).
Проблема чувств и эмоций является одной из самых древних. Она привлекала внимание мыслителей античности (Платон, Аристотель), в трудах которых давалось определение и описание отдельных элементов эмоциональной сферы. Представители различных философских направлений пытались определить сущность и признаки эмоций (Декарт, Спиноза, Юм, Спенсер, Кант).
Не вызывает сомнения тот факт, что в языке находят отражение как объективный (предметно-логический), так и субъективный (эмоционально-оценочный) моменты в процессе отражения сознанием человека окружающей действительности. Сознание тесно связано с языком, поэтому в языке должны присутствовать оба эти момента - объективный и субъективный, несущие, соответственно, информацию об окружающей действительности и эмоциях человека. Профессор В.И. Шаховский отмечает «онтологическое единство рационального и эмоционального в языке» (Шаховский, 1987а: 11), а А.А. Уфимцева подчёркивает, что «язык служит не только средством познания и репрезентации мира предметов и мира идей, он связан с формированием и передачей мыслей, с выражением чувств и различных интенций и обеспечивает тем самым сферу эмциональной и речемыслительной деятельности человека» (Уфимцева, 1974:7). В.В. Виноградов, Б. А.
14
Серебренников и другие лингвисты считают, что язык является средством не только для обмена мыслями, но и для выражения эмоций говорящего и воздействия на эмоциональную сферу слушающего. Хотя факт выражения в языке чувственно-эмоциональной сферы является общепризнанным, некоторые лингвисты по-разному определяют её место. Подчёркивая связь эмоций с мыслительными процессами, В.З. Панфилов отмечает, что в языке выражаются не сами эмоции, а мыслительное содержание о них, что приводит к включению эмоциональных значений в когнитивную функцию языка (Панфилов, 1982:112). А Н.А. Слюсарева считает, что эмоциональная функция должна быть включена в число основных, сущностных функций (Слюсарева, 1981:17), что позволяет рассматривать эмоциональность как объективную характеристику языка, неразрывно связанную с другой его функцией — коммуникативной. Эмотивную функцию языка как самостоятельную выделяли К. Бюлер, Р. Якобсон и другие.
Эмоциональная сторона познания объективного мира должна непременно отражаться в языке, поскольку язык, реализуя свою основную функцию — коммуникативную, является средством выражения не только мыслей, но и чувств. Выделяются два плана языковой семантики: интеллектуальный и эмоциональный. Профессор А.И. Смирницкий отмечает, что «в речи мы имеем всё время две параллельные задачи: интеллектуальную, т.е. передачу определённого содержания, и эмоциональную, т.е. передачу чувств» (Смирницкий, 1957:260). Профессор И.В. Арнольд также различает два вида информации в речи: 1) информацию, не связынную с актом коммуникации, а составляющую предмет сообщения и 2) информацию дополнительную, связанную с условиями и участниками акта коммуникации. «Первый вид информации, как отмечает автор, связан с интеллектуально-коммуникативной функцией языка. Второй, т.е. дополнительная информация (её также называют прагматической), - со всеми остальными функциями, а именно: с эмотивной функцией, т.е. с передачей чувств говорящего, с волюнтативной функцией» (Арнольд, 1990:8).
15
Как отмечает Л.А. Пиотровская, «история изучения проблемы соотношения интеллектуального и эмоционального в языке шла в направлении от резкого протиопоставления к признанию их тесной взаимосвязи» (Пиотровская, 1993:41). Долгое время в языке существовало традиционное разграничение логического и аффективного: «Беря за основу школьное деление на ум, волю и чувство, следует различать друг от друга языки логический, волевой и аффективный» (Вандриес, 1937:134). При этом приоритет отдавался логическому рассмотрению языка. Согласно мнению структуралистов, язык существует для обмена мыслями, и поэтому единственно значимой его функцией является функция передачи предметно-логической информации. Господство интеллектуального предопределяет второстепенное положение эмоционального, либо его полное отсутствие. Однако ещё Декарт заметил, что чувства имеют непосредственную связь с мышлением и в определённой степени детерминированы объектами (Декарт, 1950:610).
Традиция разграничения аффективного и логического, рационального и эмоционального как двух противостоящих друг другу сфер нашла своё отражение в подразделении языка на «рациональный» или логический и «эмоциональный» или аффективный, эмотивный. Как справедливо замечает И.Н. Худяков, между рациональным и эмоциональным в языке нередко воздвигается глухая стена, когда одним словам приписывают только предметно-логическое содержание, а другие характеризуются как эмоциональные (Худяков, 1980:79).
Отечественный исследователь Л.С. Выготский рассматривает эмоции как сущности, осознанно переживаемые, имеющие установку на смысл и непосредственно связанные с мыслительной деятельностью человека. Это позволило рассматривать эмоциональную сторону психики как сложное явление, в диалектической связи эмоционального и интеллектуального, и позволило выделить два основных типа психических явлений: 1) непроизвольные чувственно-непосредственные эмоциональные состояния; 2)
16
интеллектуально опосредованные эмоциональные состояния (Баранов, 1993:7). Последние получили чёткое системное выражение в языке.
Шарль Балли предпринял одним из первых попытку охарактеризовать язык как средство выражения чувств и эмоций. По его мнению, «... не бывает ни абсолютно рассудочных, ни абсолютно эмоциональных речевых актов, поскольку рассудок и чувство, эти два аспекта ... нашей психической деятельности, смешиваются в наших мыслях, так что значение имеет только пропорция, в которой они представлены» (Балли, 1961:188).
Предложенная Ш. Балли концепция, в основу которой положено деление фактов языка на логические и эмоциональные, впервые представила взгляд на язык не только как на средство передачи информации, но и как на средство передачи эмоционального состояния говорящего и средство воздействия. Ш. Балли также проводит границу между «аффективным» и «интеллектуальным» в языке, противопоставляет аффективные формы языка логическим.
Однако некоторые исследователи (А.Н. Соколов, 1962; В.Г. Кузнецов, 1976 и другие) отмечают неправомерность разделения фактов языка на логические и аффективные.
Вслед за этими учёными мы считаем, что вряд ли возможно проводить резкую грань между смысловым и эмоциональным в языке. Как справедливо заметил Г.В. Колшанский, «поскольку высказывание всегда есть продукт мышления субъекта, оно изначально детерминировано как субъективный акт и по форме и по содержанию. Познавательный акт уже по своей природе содержит так называемый оценочный элемент, который и есть не что иное, как произведённая субъектом мыслительная операция над предметом высказывания... Оценка содержится повсюду, где происходит соприкосновение субъекта познания с объективным миром» (Колшанский, 1975:142).
На наш взгляд, наиболее адекватной является концепция, признающая единство и взаимодействие эмоционального и интеллектуального планов |
