Введение
Актуальность темы исследования. В настоящее время большинство российских организаций являются активными участниками гражданского оборота и приспособились к рыночным условиям ведения хозяйственной деятельности. Более того, все большее число российских юридических лиц вступают во внешнеэкономические отношения, акции некоторых из них размещаются на зарубежных фондовых рынках. В условиях роста российской экономики наиболее актуальной становится задача расширения финансовых источников инвестиций: внутренних (за счет роста доходов и накоплений реального сектора экономики и привлечения сбережений населения) и внешних (за счет создания благоприятных условий для притока прямых иностранных инвестиций).
Наличие эффективных средств судебной защиты прав и законных интересов участников корпоративных отношений, включая миноритарных участников, является, как отмечено в Постановлении Конституционного суда РФ, «важным условием достижения таких публичных целей, как привлечение частных инвестиций в экономику и обеспечение стабильности общественных отношений в сфере гражданского оборота»1. Поэтому в качестве одного из направлений деятельности в рамках Программы социально-экономического развития на среднесрочную перспективу (2002 - 2004 г.г.)2 Правительства Российской Федерации в области улучшения делового климата выступает создание прозрачных и стабильных правил осуществления экономической деятельности, стимулирующих развитие предпринимательской инициативы, путем принятия мер по повышению ответственности менеджеров при совершении сделок с признаками наличия конфликта интересов, создания механизмов защиты имущественных прав акционеров при увеличении уставного капитала, совершении крупных сделок, посредством расширения практики использования косвенных (производных) исков, которыми защищаются права не только группы акционеров, но и корпорации в целом.
Между тем в Российской Федерации в настоящее время не получила широкого распространения практика предъявления исков о привлечении к ответственности лиц, участвующих в управлении юридическим лицом, в том числе практика использования производных исков. Причинами могут быть обстоятельства практического (допущенные менеджерами нарушения далеко не всегда обнаруживаются и расследуются), этического (лица, действующие от имени компании, из соображений лояльности или желания сохранить выгодное сотрудничество не предъявляют иски к своим коллегам-менеджерам,
1 Постановление Конституционного Суда РФ «по делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 84 Федерального закона «Об акционерных обществах» в связи с жалобой открытого акционерного общества «Приаргунское» № 5-П от 10.04.2003 г. // РГ. 17.04.2003 г.
совершившим в процессе осуществления управленческой деятельности неправомерное деяние по отношению к компании) и экономического (легальный уровень доходов российских менеджеров зачастую не позволяет говорить о соразмерном возмещении причиненных ими убытков, а страхование ответственности лиц, участвующих в управлении российскими компаниями, не слишком распространенное явление) характера. Однако не менее важной причиной выступает недостаточная полнота и детальность российского законодательства в сфере регулирования управленческой деятельности и оснований привлечения к ответственности лиц, участвующих в управлении юридическими лицами различных организационно-правовых форм, а также отсутствие процессуального механизма защиты интересов юридического лица от ненадлежащей управленческой деятельности указанных субъектов.
Следует отметить, что современная доктрина гражданского права уделяет достаточно много внимания изучению особенностей гражданско-правовой ответственности управляющих организациями лиц. В то же время, по нашему мнению, в законодательстве, теории и практике недостаточное значение придается процессуальной форме реализации норм об ответственности данных лиц. Наличие развитого механизма принудительного осуществления норм материального права свидетельствует о действительной эффективности правового регулирования общественных отношений в той или иной сфере деятельности. К сожалению, применительно к российскому процессуальному законодательству не представляется возможным говорить о наличии процессуально-правового механизма, позволяющего оптимизировать
правоприменительную деятельность суда при рассмотрении корпоративных споров.
Таким образом, институт производных исков представляет значительный интерес в аспекте исследования возможностей его использования для судебной защиты прав и законных интересов юридического лица, пострадавшего в результате ненадлежащей управленческой деятельности его менеджеров, а также для опосредованной защиты имущественных и иных интересов участников юридического лица.
Следует отметить, что российское законодательство развивается под большим влиянием зарубежного опыта. Не исключение в данном отношении и законодательство в сфере регулирования судопроизводства по гражданским делам. Исторически российское гражданское процессуальное право развивалось в русле традиций континентального права. В то же время в последние годы наблюдается тенденция сближения систем правосудия, сложившихся в странах общего и континентального (гражданского) права.
2 Утверждена Распоряжением Правительства РФ № 910-р от 10.07.2001 г. // СЗ РФ. 2001. № 31. Ст. 3295.
5
Процессуальное законодательство Российской Федерации также движется в этом общем направлении. В частности, АПК РФ 2002 г. ввел обязанность сторон обмениваться важнейшими процессуальными документами и обеспечивать раскрытие доказательств другой стороне под угрозой невозможности ссылаться на нераскрытые доказательства на стадии слушания дела, закрепил право заявителя на принятие предварительных обеспечительных мер, в нем также последовательно проводится отказ от принципа объективной истины. В качестве свидетельства сближения можно отметить закрепление российским гражданским законодательством положений, наделяющих участника юридического лица правом обратиться в суд с требованием о защите прав и законных интересов юридического лица, что позволяет говорить о возникновении ранее не существовавшего в российском праве института производных исков.
Исторически производный иск является процессуальным институтом стран общего права. В США производные иски используются наиболее широко. Не последнюю роль в этом сыграло наличие детального законодательного регулирования и значительного числа судебных прецедентов. Как способ правовой защиты производный иск также получил закрепление и развитие в законодательстве и судебной практике государств западной Европы.
Производные иски участников юридического лица, возникая в связи с деятельностью организаций различных организационно-правовых форм, в то же время существенно отличаются от иных исков в сфере корпоративных правоотношений. Поскольку российское процессуальное законодательство не учитывает их специфики, то данное обстоятельство обусловило необходимость исследования зарубежного законодательства, судебной практики и правовой доктрины и в первую очередь -отдельных аспектов модели производного иска, действующей в зарубежных странах.
Однако нельзя забывать, что «разработанные и применяемые в какой-либо стране решения не могут быть перенесены в собственную правовую систему, по крайней мере, в неизменном виде, так как в ней иная система судопроизводства, на власти возложено выполнение других задач, разные модели управления народным хозяйством или же по каким-то особым соображениям социальная среда, в которой должно функционировать заимствованное за рубежом решение, отличается от иностранной» . Данный вывод в полной мере применим к проблемам и решениям, рассматриваемым в настоящей работе. По этой причине заимствование отдельных положений в сфере регулирования судопроизводства по производным искам за рубежом должно осуществляться путем
3 Цвайгерт К., Кетц X. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. М., 2000. Т. 1.С. 30.
восприятия принципиальных подходов при решении возникающих проблем и трансформации некоторых положений применительно к условиям российской правовой системы.
Таким образом, актуальность темы исследования обусловлена в первую очередь тем, что производный иск является эффективным средством правового воздействия отдельных участников юридического лица на субъектов, участвующих в управлении организацией, а также средством судебной защиты интересов организации и ее участников. Вместе с тем данный процессуальный механизм пока не нашел своего полного закрепления в российском процессуальном законодательстве.
Кроме того, актуальность темы диссертации определяется тем, что институт производных исков до настоящего момента не был предметом глубоких теоретических исследований. Вопрос о производных исках в российском гражданском и арбитражном процессе периодически поднимается как в связи с изучением отдельных аспектов его использования, так и в связи с исследованием проблематики ответственности лиц, участвующих в управлении юридическим лицом. Между тем в отдельных публикациях, посвященных проблематике производных исков, высказывается критическое мнение относительно необходимости выделения такой категории исков (Г.Л. Осокина). Также в науке гражданского и арбитражного процесса отсутствует единая точка зрения на вопрос о сторонах судебного разбирательства по производному иску. Одни ученые обосновывают мнение, что участники юридического лица отстаивают свой собственный интерес, а потому должны рассматриваться как истцы (Л.А. Грось, Д.О. Тузов), другие отстаивают позицию, что истцом является юридическое лицо (Г.Л. Осокина, В.В. Ярков). Таким образом, осмысление возможностей и условий использования производного иска в российском гражданском и арбитражном процессе также представляет несомненный интерес с позиции теории.
Наконец, рассмотрение исков, предъявляемых участниками в защиту прав и законных интересов юридического лица, является относительно новой категорией гражданских дел, поэтому тема диссертации имеет актуальный характер и с правоприменительной точки зрения. Несмотря на значительное число нарушений со стороны лиц, управляющих юридическими лицами, распространение получила только практика предъявления исков о признании недействительными сделок, совершенных юридическими лицами. Что касается требования о взыскании убытков, причиненных юридическому лицу действиями его управляющих, то здесь отсутствует сколько-нибудь заметная судебная практика. Помимо отсутствия нормативно-правового регулирования процедуры рассмотрения таких исков в качестве одной из причин пассивности
заинтересованных лиц можно назвать недостаточную теоретическую изученность данной проблематики и, как результат, недостаточную степень информированности об этом средстве защиты реальных и потенциальных участников корпоративных конфликтов.
Цели и задачи исследования. К целям настоящего исследования относятся выявление материально-правовых и процессуальных предпосылок института производных исков в российском законодательстве; комплексное исследование юридической природы производного иска и процессуальных особенностей его применения в зарубежных странах континентального и общего права, особенно в США; определение перспектив развития института производного иска в России и разработка применимой в условиях российской правовой системы модели производного иска. При достижении указанных целей решались следующие задачи:
обоснование необходимости выделения производного иска в качестве самостоятельного вида иска;
определение места производных исков в общепринятой теоретической классификации исков;
исследование отдельных элементов производного иска; с~-
изучение процессуальных особенностей рассмотрения производного иска в соответствии с российским законодательством и обоснование необходимости закрепления принципиально новых правил рассмотрения производных исков для осуществления эффективного судопроизводства по данной категории дел;
сравнительно-правовое исследование института производного иска в Российской Федерации и зарубежных странах;
подготовка законодательных и практических решений, обеспечивающих оптимальное развитие данной области российского гражданского и арбитражного процессуального права.
Методологическая основа диссертационного исследования. Настоящее исследование осуществлялось с использованием метода исторического анализа правового регулирования института производного иска в России и зарубежных странах; метода сравнительного правоведения; формально-юридического метода. Использование системного подхода при изучении теоретических работ российских и зарубежных правоведов, российского и иностранного законодательства, а также судебной практики позволило комплексно исследовать проблематику судебной защиты интересов организации с помощью производного иска, выявить взаимосвязи между гражданско-правовым регулированием отношений по управлению юридическим лицом и гражданско-
процессуальным и арбитражно-процессуальным механизмом судебной защиты прав и законных интересов участников данных правоотношений.
Теоретическую основу диссертационного исследования составили работы таких российских ученых, как М.И. Брагинский, В.В. Бутнев, М.А. Викут, В.В. Витрянский, В.П. Грибанов, Л.А. Грось, Р.Е. Гукасян М.А. Гурвич, А.А. Добровольский, Г.А. Жилин, В.М. Жуйков, С.А. Иванова, И.М. Ильинская, А.Н. Кожухарь, К.И. Комиссаров, Е.А. Крашенинников, Л.Ф. Лесницкая, Ж.Н. Машутина, А.А. Мельников, Г.Л. Осокина, Е.Г. Пушкар, И.В. Решетникова, Я.А. Розенберг, К.И. Скловский, Е.А. Суханов, М.К. Треушников, И.Т. Тарасов, Д.О. Тузов, Д.А. Фурсов, М.Х. Хутыз, А.В. Цихоцкий, Д.М, Чечот, М.С. Шакарян, В.М. Шерстюк, В.Н. Щеглов, В.В. Ярков. Кроме того, в диссертации были использованы работы таких зарубежных ученых и судей, как Д. Бернгард, Э. Бойл, Д. Ллойд, X. Кетц, К. Цвайгерт, J. Coffee, D. DeMott, M. Dooley, J. Elliott, J. Friedenthal, R. Hollington, S. Kawashima, M. Kane, A. Miller, F. O'Neal, B. Prunty, M. Stecher, S. Sakurai, L. Solomon, D. Schwartz, R. Thompson, E. Veasey.
Научная новизна работы. Настоящая работа является первым крупным исследованием института производных исков в российской правовой системе и за рубежом. Исследование зарубежного (преимущественно американского) законодательства, теории и судебной практики рассмотрения производных исков проведено не только в аспекте сложившейся модели судопроизводства по данной категории исков, но, прежде всего, с учетом выявления общих тенденций развития данного процессуального института, что позволило проанализировать возможности дальнейшего развития института производных исков в России как за счет заимствования отдельных положений зарубежного корпоративного и гражданского процессуального права, так и за счет приспособления положений российского процессуального права к предъявляемым введением производного иска требованиям.
Кроме того, в настоящей работе впервые дается критический анализ закрепленной российским законодательством и реализуемой на практике процессуальной модели рассмотрения производного иска участника юридического лица. Обращается внимание на то, что вопреки основополагающим принципам гражданского и арбитражного процесса иски участника юридического лица, фактически содержащие требования о защите прав и законных интересов другого лица - организации, рассматриваются как иски о защите личных прав и законных интересов участника.
На защиту выносятся следующие положения, отражающие новизну проведенного диссертационного исследования;
1. Диссертант предлагает использовать в научном обороте термин «производный иск» как наиболее точно отражающий юридическую природу иска, предъявляемого участником в защиту прав и законных интересов юридического лица. Законодатель в некоторых случаях специально оговаривает право участника юридического лица предъявить иск, так как данный иск направлен на защиту прав (интересов) юридического лица - непосредственного субъекта спорного материального правоотношения. В таких случаях производится своеобразная замена волеизъявления организации на судебную защиту в лице соответствующих органов управления волеизъявлением организации в лице ее участника. Поскольку правомочие участника предъявить от имени и в интересах организации иск производно от правомочия организации на защиту собственных интересов, терминологически правильно именовать данные иски производными, а не косвенными.
2. В диссертации обосновывается, что производные иски являются самостоятельным способом исковой защиты и характеризуются следующими признаками:
- в силу прямого указания закона с требованием может обратиться участник юридического лица, который по общему правилу не уполномочен действующим законодательством и учредительными документами выступать от имени юридического лица;
- право или охраняемый законом интерес, о защите которого заявляется требование, принадлежат юридическому лицу;
- в системе органов управления организации, установленной законодательством и учредительными документами, отсутствует специальный орган, который был бы уполномочен наделить данного участника правом действовать от имени и в интересах юридического лица в суде. При этом исполнительный орган не реализует принадлежащее организации право на защиту нарушенных (оспариваемых) прав (законных интересов).
3. Автор уточняет предложенную в литературе (В.В. Ярков) классификацию исков в зависимости от характера защищаемого интереса и обосновывает необходимость выделения следующих их видов: личные, групповые иски, иски в защиту интересов других лиц. В рамках предложенной классификации производные иски являются разновидностью исков в защиту интересов других лиц. Критическому анализу подвергается попытка отнести производные иски к групповым (Г.О. Аболонин) или искам с личной материально-правовой заинтересованностью (Н.К. Мясникова). На основе проведенного исследования делается вывод о том, что в условиях дальнейшей дифференциации гражданского и арбитражного процесса характер защищаемого интереса
10
должен служить важнейшим критерием выбора судом того или иного процессуального порядка судебной защиты.
4. Диссертант обосновал, что применительно к искам о признании недействительными сделок производный иск как средство защиты юридического лица может иметь место только в том случае, если участник юридического лица требует признать недействительной оспоримую сделку. Производный иск - это иск в защиту прав (интересов) другого лица, поэтому участник имеет право обратиться с ним в суд лишь в случаях, прямо предусмотренных законом. Установление иного критерия было бы неоправданным ограничением принципа диспозитивности гражданского и арбитражного процессуального права. В иных, не предусмотренных действующим законодательством случаях, не имея личной материально-правовой заинтересованности, у участника отсутствует также и процессуальный интерес требовать возбуждения судебного разбирательства.
5. В работе критическому анализу подвергается сложившаяся судебная практика квалификации участника организации как истца по иску, определяемому в настоящей работе в качестве производного. Доказывается, что истцом в такой категории дел является организация, а участник, обращающийся с иском в суд, - законный представитель организации. .
6. В диссертации аргументируется, что использование производного иска как эффективного средства судебной защиты прав (законных интересов) организации невозможно без решения специальных процессуальных вопросов, которые пока не нашли полного отражения ни в действующем законодательстве, ни в судебной практике. При отсутствии специального (применительно к производным искам) регулирования правил подведомственности, распределения обязанности по доказыванию, распоряжения предметом спора, распределения судебных расходов, пределов действия законной силы решения суда производные иски не могут широко использоваться в виду отсутствия гарантий соблюдения прав и законных интересов организации и пресечения злоупотреблений предоставленными правами со стороны участника организации и ответчиков. В связи с этим диссертантом предлагаются теоретико-прикладные решения поставленных вопросов.
7. На основе проведенного сравнительно-правового исследования автор приходит к выводу, что в США, Японии, Канаде, ряде европейских государств производные иски являются эффективным средством частноправовой защиты компании от неправомерных действий лиц, участвующих в ее управлении. Кроме того, право на предъявление производного иска в данных странах рассматривается как одно из
11
важнейших субъективных корпоративных прав миноритарного акционера, обеспечивающее его возможностью оказать воздействие на мажоритарных акционеров и менеджеров в случае внутрикорпоративного конфликта. В этой связи в диссертации исследуется законодательство, судебная практика и доктрина производного иска в зарубежных странах. При этом особое внимание уделяется изучению процессуальной модели производного иска в США, поскольку в этой стране процедура судебного рассмотрения производного иска имеет детальное законодательное регулирование и обширную практику применения.
8. Несмотря на указание в российском законодательстве, регулирующем деятельность юридических лиц различных организационно-правовых форм, на возможность предъявления участником иска в защиту прав и законных интересов организации, участником которой он является, в АПК и ГПК до настоящего времени отсутствуют специальные нормы о процессуальном порядке рассмотрения указанных исков. В связи с этим на основе анализа процессуального порядка предъявления и рассмотрения производного иска в зарубежных странах, а также российской судебной практики и доктрины предлагается и обосновывается ряд изменений в российское гражданское и арбитражное процессуальное, а также гражданское материальное законодательство. :
Научная и практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что теоретические выводы, сделанные в настоящей работе, развивают и дополняют положения науки гражданского и арбитражного процессуального права, касающиеся вопросов классификации исков, права на иск, сторон гражданского и арбитражного процесса, представительства в суде, законной силы судебного решения и др. Отдельные выводы и предложения могут использоваться в целях дальнейшего совершенствования российского гражданского и арбитражного процессуального законодательства. Результаты проведенного сравнительно-правового анализа законодательства и судебной практики зарубежных стран могут использоваться для преподавания таких предметов, как гражданский и арбитражный процесс, предпринимательское право, корпоративное право в высших учебных заведениях.
Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, подразделенных на параграфы и пункты, заключения и библиографического списка использованной при написании диссертации литературы.
12
Глава 1. Характеристика института производного иска в Российской Федерации
§ 1. Материально-правовые основания института производного иска 1.1. К вопросу о праве акционера предъявить иск в защиту интересов акционерного общества в дореволюционной литературе.
Исследование проблематики оснований и характера ответственности управляющих юридического лица в науке гражданского права началось во второй половине XIX века в связи с появлением в России акционерной формы объединения капитала. Отечественные цивилисты полагали, что за нарушение управляющими акционерного общества лежащих на них обязанностей гражданско-правовая ответственность наступает, прежде всего, перед самим этим обществом по правилам договорной ответственности. Однако правовое регулирование механизма привлечения к ответственности лиц, нарушивших свою обязанность по разумному и добросовестному управлению акционерным обществом, в России не отличалось подробностью. В этой связи и теоретические исследования в данной области носили фрагментарный и противоречивый характер.
Так, в ст. 2181 т. X ч.1 Свода законов Российской империи было предусмотрено, что «директоры компании или члены правления действуют в качестве ее уполномоченных и потому, в случае законопротивных распоряжений и преступлений пределов власти, подлежат ответственности перед компанией на общем основании закона»4. Таким образом, хотя данное положение и охватывало те случаи, когда убытки были причинены самому акционерному обществу, и не распространялось на ситуации, когда действиями или решениями директоров или членов правления отдельным акционерам причинялись личные убытки, в законе не было какого-либо указания относительно лица, наделенного правом подавать соответствующее требование к директорам компании или членам правления. Данный недостаток дореволюционного законодательства не способствовал формированию единого взгляда по проблеме права на иск единичного акционера в отношении к правлению и поверочному совету акционерного общества, на что обращал внимание И.Т. Тарасов в одном из фундаментальных трудов своего времени «Учение об акционерных компаниях»5.
Высказывая собственное мнение по вопросу о процедуре привлечения к ответственности управляющих, И.Т. Тарасов отмечал, что жалобщик - акционер не имеет право обжаловать действие компетентного исполнительного органа и взыскивать убытки,
4 Цит. по изд.: Свод законов гражданских (ч. 1 т. X Свода законов Российской империи по изданию 1857 г). 2 изд. СПб., 1867 г.
13
если правление и поверочный совет акционерного общества совершили неправомерное деяние с санкции общего собрания акционеров, и заявляющий требование акционер голосовал за принятие данного решения общим собранием. В том же случае, если акционер участвовал в общем собрании и голосовал против неправильного решения или вовсе не принимал участия в собрании акционеров, он может после признания компетентным органом обоснованности его возражений против правильности принятого на общем собрании решения взыскивать с правления или поверочного совета свои собственные убытки. Что касается возможности представления акционером в таком случае интересов компании, то ученый отмечает, что, во-первых, акционер не имеет право представительствовать от имени компании, во-вторых, совершившим нарушение лицом выступает сама компания в лице высшего органа руководства - общего собрания.
Если же исполнительные органы акционерного общества действовали независимо от решения общего собрания, то наличие возможности предъявить иск к виновным лицам зависит, по мнению ученого, от того, нарушен ли личный интерес единичного акционера, предъявляющего иск, или же нарушен интерес вообще всей компании.
Отдельный акционер, личный интерес которого пострадал, например, в результате незаконного отказа выплатить дивиденды или своевременно занести в акционерную книгу, очевидно, имеет право предъявить личный иск от своего имени и независимо от компании к правлению акционерного общества или его поверочному совету.
Если действия исполнительных органов общества повлекли нарушение интересов всей компании, то здесь акционер должен действовать по следующей схеме: заявить предварительно общему собранию о неправильных действиях правления и поверочного совета, нарушающих интересы компании; если общее собрание отклонит это заявление акционера, то оно лишит компанию права обратиться с иском против обвиняемых акционером лиц.
По мнению ученого, необходимость передачи спорного вопроса на обсуждение общему собранию обусловливалась следующими обстоятельствами:
1. Отсутствием у акционера полномочий быть представителем интересов компании в суде в целях защиты ее интересов. В частности, И.Т. Тарасов указывал, что «между правлением и поверочным советом, с одной стороны, и единичными акционерами - с другой, не существует никаких договорных или обязательственных отношений: члены правления и поверочного совета служат не единичным акционерам, а компании, они отвечают только компании, звание же акционера не связано с полномочием
5 Тарасов И.Т. Учение об акционерных компаниях. М.: «Статут», 2000. С. 447-448.
14
быть представителем компании и защищать ее интересы, а потому за единичным акционером не может быть признано право искать судом убытки с правления или поверочного совета ..., за единичным акционером может быть признано только право жалобы или протеста общему собранию6».
2. Существующей опасностью, что в случае позволения акционеру
предъявлять иск в интересах компании с виновных лиц будет произведено двойное взыскание: сначала акционером, а потом самой компанией.
Таким образом, на основании приведенных доводов И.Т. Тарасова приходим к следующим выводам. Во-первых, действовавшее в XIX веке законодательство не признавало за акционером право на обращение в суд с иском против лиц, управляющих обществом, в связи с нарушением ими своих управленческих обязанностей.
Во-вторых, в доктрине гражданского права доказывалось, что поскольку управляющие связаны правовыми отношениями непосредственно с компанией, то нарушение ими управленческих обязанностей влечет нарушение субъективного гражданского права компании и гражданско-правовую ответственность перед ней. Таким образом, иск о привлечении управляющих к ответственности является иском, подаваемым в интересах общества. Отсюда вывод: так как законодательство не наделяло акционера правом представлять интересы компании, то акционер не мог предъявить иск о привлечении к ответственности членов правления и поверочного совета.
В-третьих, в качестве наиболее легитимной конструкции признавалось обращение акционера с вопросов о привлечении управляющих к ответственности перед обществом к общему собранию акционеров, поскольку именно последнее выступает в качестве главного распорядительного органа компании. В случае отрицательного решения по поставленному вопросу общим собранием акционеров сама компания лишается права дальнейшего преследования иском управляющих, а акционер, по-видимому, получает право обжалования принятого общим собранием решения по данному вопросу. Если общим собранием вопрос о привлечении органов управления или контроля к ответственности был решен положительно, то И.Т. Тарасов полагал, что «органом компании в таком случае является общее собрание, решающее вопрос о преследовании и поручающее хождение по делу избранному или избранным для этого лицам ». Таким образом, в случае бездействия исполнительных органов компании, уполномоченное для обращения в суд от имени компании лицо могло быть назначено общим собранием акционеров.
6 Там. же. С. 449. И.Т. Тарасов цитирует работу Renaud A. Das Recht der Actiengedellschaften (2 Aufl.). Leipzig, 1875
15
Также полагал другой дореволюционный ученый П.Н. Гуссаковский, который писал, что «вопрос о том, могут ли акционеры ... акционерного общества привлечь директоров и членов правления к имущественной ответственности за причиненные ими убытки, разрешается в том смысле, что за убытки, причиненные ими всему акционерному обществу, они могут быть привлечены к ответственности не иначе, как по постановлению общего собрания акционеров, состоявшемуся по большинству голосов, указанному в уставе общества. Если, однако, постановлением общего собрания директоры и члены правления будут освобождены от ответственности за убытки, причиненные незаконными их действиями всему акционерному обществу, то отдельные акционеры, потерпевшие так же от незаконных действий, вправе предъявить самостоятельно иск к директорам и членам правления о возмещении ими причиненных им убытков8».
Примечательно, что Гуссаковский П.Н. пришел к данному выводу, критикуя положения, содержащиеся в проекте правил об акционерных товариществах, включенный Высочайше учрежденной Редакционной комиссией в книгу V проекта Гражданского уложения об обязательственном праве. В отличие от действовавшего в тот момент законодательства, данный проект уделял больше внимания порядку предъявления к управляющим компанией лицам иска за убытки, причиненные их неправомерными действиями. По общему правилу, выраженному в проекте, в случае причинения названными лицами убытков акционерному обществу иски о возмещении этих убытков предъявляются к ним по постановлению общего собрания акционеров, принятому большинством голосов. Если, однако, такое большинство не состоится в общем собрании, то иск об убытках может быть предъявлен к директорам или членам правления и по требованию меньшинства акционеров, но при условии, что, во-первых, это требование будет заявлено в том же общем собрании, в котором был поставлен первоначальный вопрос об ответственности названных должностных лиц, и, во-вторых, число принадлежащих этому меньшинству акционеров акций составляет не менее одной десятой части основного капитала товарищества.
По мнению, П.Н. Гуссаковского данные предложения проекта страдали непоследовательностью и противоречиями, которые проявлялись в следующем. Во-первых, проект, признавая за меньшинством акционеров, владеющих не менее одной десятой частью акционерного капитала, право подать иск о взыскании причиненных обществу убытков, по сути ставил под сомнение решение, принятое общим собранием как высшим распорядительным органом акционерного общества. В частности, ученый
7 Там же. С. 499.
.Н. Вопросы акционерног
16
8 Гуссаковский П.Н. Вопросы акционерного права. Петроград, 1915 г. С. 114.
отмечал, что «если при голосовании, произведенном в общем собрании акционеров, не получилось требуемого большинства голосов для предъявления иска к членам правления о взыскании с них убытков, причиненных ими акционерному обществу, или, иными словами, если общее собрание акционеров, являющееся его представителем, не признало возможным принять такую меру в интересах общества, то само собою разумеется, что принятие этой меры в его интересах не может быть предоставлено и отдельным акционерам9». Если же оспариваемые действия членов правления или директоров причиняли убытки не только акционерному обществу, но и лично отдельным акционерам, то отказ общего собрания взыскивать убытки не лишал отдельных акционеров права на предъявление такого же иска при условии, что требование по личному иску касалось личных убытков акционера, а не убытков всего акционерного общества.
Во-вторых, стремление разработчиков проекта облегчить порядок привлечения акционерами должностных лиц общества к имущественной ответственности в интересах акционерного общества противоречит основополагающим принципам права, поскольку допускает предъявление иска не только при отсутствии законного на то полномочия от акционерного общества, но и вопреки воле компании, ясно выраженной общим собранием.
Таким образом, дореволюционными учеными признавалось, что отсутствие знака равенства между интересами акционера и всего акционерного общество предопределяет нахождение принципиально разных решений по проблеме процессуального механизма компенсации убытков, причиненных действиями управляющих. Применительно к возмещению убытков, причиненных компании, наиболее верным, с точки зрения И.Т. Тарасова и П.Н. Гуссаковского, было передать решение вопроса о предъявлении иска против управляющих общему собранию акционеров. Что касалось возможности защиты прав и интересов акционерного общества отдельным акционером, то это представлялось недопустимым в силу отсутствия у последнего необходимых для этого полномочий.
Как будет показано далее в настоящей работе, предлагаемый русскими дореволюционными учеными подход к решению рассматриваемой проблемы в настоящее время закреплен в законодательстве ряда европейских стран, относящихся к странам континентальной системы права. Однако обозначенный механизм защиты прав и интересов компании не является универсальным, что подтверждается при изучении законодательства стран общего права. В этой связи представляется необходимым изучение не только института производного иска в современном российском праве, но и аналогичного института в зарубежных странах.
9 Там же. С. 111.
17 |
